«У Деда Мороза я попросил велосипед и сестре – куклу, - лепечет улыбчивый мальчишка в «военных» штанах, мы с ним еще не успели познакомиться. – Я здесь с семьей, а велосипед остался в Шуши».
Мальчик (свое имя он так и не назвал) сидит на школьных ступенях. Это Ереванский специальный образовательный комплекс для детей с нарушением слуха. Но мальчик здесь не учится и проблем со слухом у него нет, он здесь ЖИВЕТ. Его семья была вынуждена бежать из Арцаха…
.jpeg)
27 сентября 2020 года Азербайджан начал широкомасштабные военные действия против Арцаха (претендует стать фактом года по версии ЧЕЛОВЕЧНОСТИ). Жители Арцаха оставили дома, родину, всю свою жизнь и разъехались кто куда. В Армении, по данным Омбудсмена Арцаха Артака Бегларяна, с начала войны нашли убежище свыше 90 000 арцахцев.
.jpeg)
Директор Образовательного комплекса Лусине Бабаян рассказывает, что они приютили 12 семей из Арцаха. В основном это многодетные семьи, которым некуда было идти. Школьные классы переделали под комнаты, чтобы людям было где спать. «С питанием все нормально, рацион разнообразный – мясо, молочные продукты», - говорит директор. Она знакомит нас с семьей из Шуши, говорит, что у них болеет ребенок – лейкоз.
Семья мальчика, у которого война отняла не только велосипед
В комнатушке, площадью 14м2, живет семья из пяти человек. Судя по доске, расписанию на стене, картинкам и бумажным изделиям, висящим на потолке, раньше это была классная комната. Сюда поставили 3 кровати, тумбочку, холодильник. Под стеной – мешок с картошкой, туалетная бумага, веник, коробка с необходимыми вещами и хлеб.
Мать, Сона Мкртичян, рассказывает, что они уже 28 сентября были в Армении.
«Я взяла все самое необходимое, поймала такси и с детьми уехала из Шуши. Мы добрались до Гориса, оттуда уже приехали в Ереван. У меня пятеро детей. Но здесь мы с мужем и тремя детьми, а другой сын, у которого лейкоз, сейчас в Арарате, со свекровью», - говорит Сона, улыбается и опускает глаза. Это улыбка человека, потерявшего родину и, в каком-то смысле, семью, улыбка, перед которой хочется извиниться.
.JPG)
В Шуши Сона работала уборщицей. Сейчас семья вынуждена жить за счет средств государства и общественных организаций. «Я хочу работать, мы с мужем хотим, пока ничего не находим, но я и уборщицей готова, и посуду мыть».
В ответ на вопрос «хочет ли она вернуться назад» отвечает: «Уверена, отвоюем Шуши, отстроим все заново и будет все, как прежде. У меня брат ранен, вся семья здесь. Правда, мы «разбросаны» по разным уголкам Армении, но это ничего. Мы все вместе вернемся в Арцах».
Муж Соны, Арман Акопян, рассказывает, что привел семью 28-го, а 30-го вернулся в Арцах. Говорит - оставил семью, на то была веская причина: «Родину надо было защитить, я не мог иначе».
Если начнется война, он снова готов воевать. Уверен - без войны было никак.
У нашей сказки еще будет «положительный исход». Мы его сами придумаем
Директор Алла Бабаян спешит в соседний корпус: «Мы организовали для детей сказкотерапию».
Она ведет нас в «Соляную пещеру», где и пройдет сказкотерапия. Это специально оборудованная комната, стены и пол которой покрыты солью. Подобные комнаты используются в лечебных целях. Специалисты утверждают, что «по уровню полезности курс в соляных пещерах схож с недельным отдыхом у морского берега». Вот бы эта пещера, как в сказке, переместила всех этих детей – не на море, а в Арцах, на родину.
Гаяне Вартанян (педиатр, сказкотерапевт) завсегдатай комплекса: «Я рассказываю детям сказки, но это все не просто сказки. Сказка – это наше прошлое и будущее. В сказке есть коды и контексты, которые учат нас не забывать, помнить и жить. Я учу детей справляться со своими страхами, столкнуться с ними и перебороть».
.JPG)
Сказка на мгновение переносит детей в другую реальность, где разум с легкостью подчиняется вымыслу, где нет войны, где людям надоело убивать друг друга. В этой «исцеляющей» комнате нет места потерям, слезам, бомбам, крови и злу. Эти дети в одночасье потеряли все, хотя главное в них осталось - любовь и надежда - войне этого не отнять.
«Нам рассказали сказку про подсолнух. Я подумал, потом, уже когда сказка закончилась, и понял, что даже если ты иногда думаешь, что никому не нужен, на самом деле ты нужен, кому-то да нужен». Самвелу 9 лет, он из Зангелана. У него одна мечта – вернуться домой и «жить так, как жили».
Армения - не от моря до моря, а от мира до мира
Дети готовят открытки Деду Морозу – еще одна программа для арцахских детей. Они сидят в два ряда, учительница показывает, как правильно делать открытку на компьютере. Посреди комнаты стоит елка – единственное напоминание, что этот год, может быть, когда-нибудь закончится.
«Меня зовут Давид Гаспарян, мне 11, я из Кашатага. Мы жили и не знали, что начнется война». Давид рассказывает, что заняться им с друзьями особо нечем, разве что ухаживают за младшими братьями и сестрами.
Говорит – в Ереване им хорошо, «ведь это и наш город тоже». В открытке он напишет, что все будут счастливы, разрушенные дома будут восстановлены, война пройдет.
«Я попрошу у Деда Мороза, чтобы он вернул все, как было», - улыбается Давид.
«А я напишу открытку всему армянскому народу, - стесняясь перебивает Роман брата. – Попрошу мира для всех нас. У меня есть мечта, - он запинается и будто задумывается. - Армения - не от моря до моря, а от мира до мира».
.JPG)
В моей сказке в конце добро всегда побеждает
Сказка, как любое искусство – есть вымысел, фантазия, которая помогает осмыслить и понять реальность. Да, сказки, в большинстве своем, абсурдны, но не более, чем жизнь.
Вдруг мысль – вот бы нам всем на мгновение оказаться в этой «пещере сказкотерапии», с детьми, которые повидали войну, но которых война коснуться не успела. В этой кромешной белизне война кажется чем-то далеким, антропоморфным существом из неведомых старинных сказок, которому нет места в «совершенном современном» мире.
«Дома у меня были птицы, но их «вынести» я не смогла. Я только книги захватила – в них мои воспоминания», - говорит 11-летняя Алла из Кашатага.
Алла с улыбкой и смирением рассказывает то, о чем молчат взрослые мужчины и женщины. Мне даже на минуту кажется, что если я сейчас заплачу, эта хрупкая мудрая девочка обнимет меня, успокоит и скажет, что война не самое страшное, что может случиться с человеком.
.JPG)
«В первый день войны «взорвался» брат мамы, а потом и брат отца – Манвел. У нас братик должен родиться, мы решили его назвать Манвелом, - Алла улыбается, мы молчим. – А еще перед войной мы хотели построить дом, но началась война. Нам ПОВЕЗЛО – не успели построить, а то и его бы разрушили», - говорит с облегчением Алла.
Я хочу прямо там склонить перед ней голову и попросить прощения за всех, из-за кого смерть стала для этих детей обыденностью.
В одной статье о сказкотерапии сказано: «Лечебные сказки обычно имеют четкую структуру: начало, во время которого определяется общий характер сказки, середина - столкновение с основными проблемами, и конец, который обязательно должен иметь положительный исход».
«Алла, расскажи мне свою сказку, какой у нее конец», - спрашиваю я.
«В моей сказке добро всегда побеждает… Я люблю природу. В моей сказке мы с семьей на природе, все вместе. У нас большой дом, земельный участок. Я буду собирать урожай своими руками.
Я хочу домой…Хотя его уже нет, на него попало 4 смерча».
Потеряли ли мы свой шанс на сказку с «обязательно» положительным исходом? – задаюсь я вопросом, прощаясь с Аллой.
Автор: Диана Гаспарян
