Премьер-министр Никол Пашинян дал интервью телеканалу Euronews. Ниже приводим перевод стенограммы:
Вопрос: Я разговаривала с журналистом в Степанакерте, который представил почти такую же болезненную ситуацию. Я хочу поговорить также о событиях 2020 года. Погибли тысячи людей, солдат и мирных жителей. Я была здесь, в Армении, и в это время я была также в Нагорном Карабахе, я разговаривала с матерями погибших воинов. В результате работы, проделанной моими коллегами в Азербайджане, я также была свидетельницей боли и разрушений на другой стороне. Но я помню одну из матерей из Армении, которая обвинила в гибели своего сына политических деятелей, которые научились искусству дипломатии, но все еще попадают в ловушку войны. По Вашему мнению, Ваша миссия - выиграть войну или вести переговоры о мире?
Премьер-министр Никол Пашинян: Война - всегда неправильный вариант, то есть если идет война, значит, кто-то где-то что-то сделал не так, или некоторые люди сделали что-то не так. Если посмотреть с другой стороны, то, что на самом деле становится причиной войны? Причина войны возникает из-за невозможности поддержания мира или достижения длительного мира. А насколько реальна эта невозможность, насколько она искренна, насколько она оригинальна? Это уже другой вопрос.
Вы говорите о родителе, о матери, которая говорит о политических деятелях. Конечно, я понимаю и принимаю и никоим образом не оспариваю слова матери, жены или ребенка погибшего солдата. Но мы забываем о том факторе, что политические деятеля тоже люди, и это не так, что они являются отдельным видом, которые порождаются посредством какой-то отдельной генетической репродукции. Мой сын тоже был на войне, моя жена тоже была на войне, и да, Вы сейчас поднимаете очень серьезный вопрос, который, безусловно, является легитимным вопросом, но я думаю, что здесь есть много глубинных точек.
На протяжении всего своего существования человечество говорило об избежании войн, недопущении войн и достижении мира. И предположим, что в этом здании работают плохие политики, а в других тысячах других зданий по всему миру? Этому есть очень простое объяснение: есть люди и есть политические деятели. И вот эти плохие политические деятели не дают, чтобы люди жили хорошо, что по большому счету правда, но с одной оговоркой: в следующий момент, особенно в демократическом обществе, они могут поменяться местами: политический деятель может стать человеком, а человек может стать политическим деятелем и представителем власти, и вопрос в том, что эти циклы повторяются на протяжении тысячелетий.
Вопрос: Вы упомянули очень важный момент. В этом регионе существует очень конкретный и трагический цикл, где победа одного могла быть зафиксирована только и только через капитуляцию другого. Сегодня я разговаривала с молодой армянской девушкой, которая сказала мне, что она является представительницей поколения независимости и что, когда она была еще совсем маленькой, между армянскими и азербайджанскими детьми при посредничестве Грузии организовывались диалоги. И она сказала, что очень доброжелательно помнит эти моменты. Думаете ли Вы, что, если можно будет добиться мира, т.е. если будет подписан мирный договор, то удастся ли добиться его реализации на фоне этой боли или, наоборот, мир надо строить снизу вверх?
Премьер-министр Никол Пашинян: Да, конечно, думаю. В продолжение того, что Вы сказали, хочу обратить Ваше внимание на следующий нюанс: политические деятели фактически являются и создателями общественных настроений, и носителями общественных настроений, они также и оказывают влияние на общественные настроения, и находятся под влиянием общественных настроений. Это очень сложная система, но поскольку Вы коснулись молодежи, то помню, что в 2018 году выдвинул такую идею. Я видел, какую агрессивную лексику используют армянские и азербайджанские пользователи в социальных сетях. И на одной из своих публичных пресс-конференций я призвал армянских и азербайджанских пользователей социальных сетей, которые в основном писали комментарии под одними и теми же видео на YouTube, использовать эту площадку для общения, а не для ругани. Тогда я призвал, но мой призыв, конечно, как потом выяснилось, не имел достаточного результата или, может, мы не работали в этом направлении с достаточной последовательностью.
В логике войны хочу сказать следующее: мы никогда не должны забывать, условно говоря, фактор первой крови. Когда где-то проливается кровь, это очень глубокий психологический, социальный, общественно-политический момент. Это очень сложно и для общественности, и для политических деятелей. По сути, такого разделения нет. Еще раз повторяю: всегда знайте, что да, политические деятели влияют на настроение общественности, но и на них также влияет настроение общественности, и наоборот. Очень трудно иногда идти на такие решения, уступки, которые в глубине своей могут означать, что люди, которые погибли в прошлом, погибли напрасно. Эта проблема существует во всех местах, и она никогда не бывает только с одной стороны.
Смотрите, Вы говорите о матери погибшего солдата, и представьте, какой это важный фактор, что Вы сейчас сделали его предметом обсуждения в нашем разговоре. Но до или после этого может прозвучать вопрос: если вы сейчас идете на такие уступки или компромиссы, то почему погибли наши дети? И ответа на этот вопрос ни у кого нет, никто не может дать, никогда. И знайте, что этот вопрос стоит перед любым политиком. Даже если человек понимает необходимость недопущения жертв в будущем, он всегда знает, что ему нужно получить ответ и на второй вопрос: почему погибли те, кто погиб в прошлом? Значит, та жертва была бессмысленной? Значит, политики просто снова взяли тех людей и убили их, и все? Во всем этом нет другого смысла, содержания, цели, миссии? И очень трудно объяснить людям, что, знаете, ваш сын или ваша дочь погибли ради будущего мира? Как объяснить человеку, что можно умереть ради мира.
Вопрос: Вы потеряли сон из-за того, что случилось с Вашей страной? Мысли о стольких военных и гражданских жертвах не дает Вам покоя, не так ли?
Премьер-министр Никол Пашинян: Естественно, да, но, конечно, я думаю не столько об этом, но очень трудно отбросить эти мысли на некоторое время и просто заняться повседневными делами.
Вопрос: Господин премьер-министр, последний вопрос: есть ли у Вас какое-либо послание, адресованное другой стороне, но не политическим лидерам, с которыми Вы встречаетесь в связи с переговорами, а народу Азербайджана? У вас есть месседж для тех, кто, возможно, наблюдает за нами прямо сейчас?
Премьер-министр Никол Пашинян: Знаете, я считаю это не очень удачным жанром, потому что когда два политика разговаривают между собой, по сути, разговаривают два народа, потому что с одной стороны говорит избранный этим народом человек, с другой стороны - избранный тем народом человек. Следовательно, то, о чем мы говорим, это, конечно, международная площадка, но это также направлено и народу, и если есть что сказать, то можно сказать, что то, что я говорил с первой секунды, также было адресовано народу Азербайджана.
В таких случаях есть дежурные предложения: мы живем здесь на протяжении многих лет и нам еще предстоит долго жить здесь. Думаю, все слова сказаны.
Кстати, есть, пожалуй, один посыл, который в равной степени адресован и общественности и Армении, и общественности Азербайджана, потому что и общественность Армении, и общественность Азербайджана должны требовать мира от своих властей. Это должно быть сформулировано в виде общественного требования. Они должны требовать мира, гибкости и умения удовлетворить это требование.
