Турция для нас очень важный союзник. Как известно, это единственный союзник, имеющий границы в регионе и, следовательно, являющийся ключевым игроком в регионе. У нас был очень откровенный разговор с Турцией по всем темам и, конечно, мы говорим и о перекрестках. Турция знает, что мы поддерживаем нормализацию отношений между Арменией и Турцией. Об этом в интервью корреспонденту Арменпресс в Брюсселе заявил специальный представитель НАТО на Южном Кавказе Хавьер Коломина.
- "Я думаю, что Турция готова добиться прогресса в этом вопросе. Не знаю, может быть, они действительно сначала ждут какого-то прогресса в армяно-азербайджанских отношениях. Вероятно, это могло бы быть одним из соображений, но я думаю, что они действительно заинтересованы в продвижении этого вопроса. Как вы знаете, я не могу особо углубляться во внешнюю политику, внутреннюю политику наших союзников, но я думаю, и мы говорили об этом, когда это произойдет, это будет очень позитивное развитие".
- Вы говорили о важности суверенитета и территориальной целостности. Член НАТО Турция открыто поддержала полномасштабную войну на Южном Кавказе, развязанную Азербайджаном. Реакция структуры была не такой строгой и обязывающей. Учитывая, что Турция очевидным образом поддерживает Азербайджан, считаете ли Вы возможным прямое вмешательство Турции в случае новой агрессии Азербайджана против Армении. И в этом случае, какова будет реакция НАТО, учитывая, что в этот раз «спорная территория» не может быть оправданием, потому что речь идет о международно признанной стране.
- Очень сложно предотвратить разговоры, и, как я уже сказал, Я действительно не могу вмешиваться во внешнеполитические решения моих союзников. Что я могу вам сказать, так это то, что мы очень привязаны к этим двум принципам: суверенитету и территориальной целостности. Три года назад ситуация была другой. И хотя было признание территориальной целостности и суверенитета Азербайджана, но, как я уже сказал, было противоречие. Я думаю, что сейчас мы сталкиваемся с другой ситуацией, и я могу предположить, что реакция будет другой.
- Какие шаги готово предпринять НАТО для поддержки международных усилий, направленных на установление мира и стабильности на Южном Кавказе?
- Наша политика очень проста, и эта политика откровенно ограничивает многое из того, что мы можем сделать. Но политика основана на том, что мы вообще не занимаем чью-либо сторону между партнерами, не только между Арменией и Азербайджаном, но и в целом. Мы решили проводить эту политику, если не будет нарушений Устава ООН, а также принципов, предусмотренных Вашингтонским договором. Поэтому, на данном этапе я пользуюсь полной поддержкой Генерального секретаря в том, что нам следует работать, поддерживать и иметь больше присутствия. С момента вступления на эту должность (сентябрь 2021 г.: ред.) я посещал регион семь раз. Вероятно, больше, чем за предыдущие 10 лет. Итак, я думаю, что в контексте Кавказа у нас больше политического присутствия - три страны: Грузия, Армения и Азербайджан, но конкретно в контексте Армении и Азербайджана. И мы всегда очень четко говорим о том, чего ожидаем от наших партнеров. Мы ожидаем урегулирования отношений на основе согласованных принципов, и некоторые из этих принципов закреплены в Вашингтонском договоре и Уставе ООН, такие как суверенитет и территориальная целостность. Мы и дальше будем отстаивать ту же линию, и дальше будем содействовать нормализации отношений.
- Возвращаясь к тому, что Вы сказали в начале, что Вы удовлетворены отношениями с Арменией. Есть ли планы по их расширению. Если да, то, в каких направлениях?
- Да, мы удовлетворены. За последние несколько лет Армения решила политически и практически активизировать сотрудничество с НАТО в целом, мы всегда готовы двигаться в том темпе, в котором хотят двигаться наши партнеры. Ереван, например, решил увеличить количество своих военнослужащих в составе миротворческих сил НАТО (KFOR) в Косово более чем на 50 человек, что, очевидно, является признаком политической вовлеченности и приверженности. В настоящее время мы работаем над новой индивидуально разработанной партнерской программой (ITPP) с довольно амбициозными целями. Мы работаем над возможностями обучения. Два года назад, в основном после войны, сотрудничество было как бы заморожено, и эти шаги, этот сдвиг носят очень содержательный характер, так что теперь у нас впереди утверждение индивидуально адаптированной программы партнерства. Я возлагаю большие надежды на то, что это произойдет в течение следующих недель. После моих бесед в Ереване у меня сложилось такое впечатление, что армяне готовы продолжать этот путь и расширять сотрудничество, и мы поможем Армении в этом.
- НАТО планирует провести крупнейшие со времен холодной войны военные учения. Конечно, можно догадаться, кому именно они адресовано, но хотелось бы все же спросить, что это за послание?
- НАТО высказалась очень четко после февральской войны 2022 года (Российско-украинской войны: ред.). Мы увеличиваем нашу способность защищать и сдерживать. Послание было очень четким. Мы будем максимально поддерживать Украину, и в то же время не допустим никакого нарушения нашей территории. Для этого мы приняли множество решений - от Мадридского саммита до Вильнюсского саммита. Теперь решение о проведении этих крупных учений (Steadfast Defender), которые пройдут в феврале и в которых примут участие около 90 000 военнослужащих во многом связано с нашей способностью сдерживания, и посыл ясен. Мы хотим сдержать, в частности, Россию, которую считаем угрозой. Они совершили стратегическую ошибку, вторгшись в Украину. И они должны понимать, что НАТО готово защищать каждый дюйм своей территории.
- Какова роль Турции в этом послании? Потому что Турция также пытается быть каким-то посредником или помощником между Россией и Турцией как единственной страной-членом НАТО, которая может говорить с обеими сторонами
- У Турции очень конкретное региональное и географическое положение, и по этой причине их внешняя политика, о которой мне действительно не разрешается говорить, вероятно, сложнее, чем у других союзников. Но они абсолютно привержены нашим усилиям по защите и сдерживанию. Они полностью привержены нашей оценке двух наших угроз. Мы говорим о России и терроризме. Она вкладывает в предпринимаемые нами усилия столько же, сколько и любой другой союзник. Она будет частью этих больших учений, как и всех больших учениях, которые мы проводили в прошлом.
